Марк Солмс начинает книгу с истории молодого врача Тедди П. Он неплохо справлялся с работой, пока внезапно не умерла его мать. После этого началась депрессия, панические приступы, бессонница, проблемы с памятью и концентрацией. Затем разрушились отношения с девушкой. Тедди обратился к психиатру и постепенно получил целый набор препаратов — антидепрессант, средство от тревоги, снотворное, опиоидные обезболивающие, противосудорожный препарат. Но состояние продолжало ухудшаться: он путал пациентов, забывал недавние разговоры и в конце концов решил, что у него начинается деменция.

Солмс признаков нейродегенеративного заболевания не обнаружил. Значительная часть новых симптомов, по его оценке, была связана с депрессией и побочными эффектами лекарств, причём некоторые препараты назначались для коррекции проблем, вызванных другими. Автор рекомендовал постепенно отменить почти все лекарства, но оставался важный вопрос: почему жизнь Тедди развалилась именно после смерти матери и разрыва отношений и почему его страдание приняло именно такую форму?

Для лечения депрессии сегодня используют антидепрессанты, электросудорожную терапию, транскраниальную магнитную и глубокую стимуляцию мозга, стимуляцию блуждающего нерва и другие биологические методы. За ними стоит серьёзная научная работа, однако даже механизмы давно применяемых средств изучены не полностью. СИОЗС, например, меняют серотониновую передачу почти сразу, а клинический эффект появляется лишь спустя недели.

Солмс много лет участвовал в исследованиях депрессии и работал с Hope for Depression Research Foundation, помогая отбирать перспективные проекты. Среди них было немало исследований на животных: например, в тесте принудительного плавания поведение крысы, перестающей активно искать выход из воды, использовали как модель некоторых аспектов депрессии. У Солмса постепенно возникло ощущение разрыва между всё более сложной нейробиологией и переживаниями реального пациента. Подобные исследования могут многое рассказать о работе мозга, но не отвечают на вопрос, почему заболел конкретный человек.

Несколько десятилетий назад в психиатрии действовали противоположные силы. В середине XX века, особенно в США, психоанализ занимал центральное место, а понимание внутренней жизни пациента считалось основой лечения. Однако психоаналитики нередко были чрезмерно уверены в способности раскрывать скрытые причины поведения и подавали свои интерпретации как истины, а не проверяемые гипотезы.

С 1960-х годов психоаналитическая психиатрия уступила место биологической, а причины психических расстройств стали искать прежде всего в физиологии мозга. Солмс считает, что маятник качнулся слишком далеко. Психоанализ рисковал превратить предположения о психике в догму; биологическая психиатрия рискует принять описание мозгового механизма за достаточное объяснение человеческого страдания. Так возник проект автора — заново прочитать Фрейда после столетия развития нейронауки.

Фрейд сегодня ассоциируется прежде всего с Эдиповым комплексом, сексуальным толкованием сновидений и другими наиболее спорными идеями психоанализа. Автор не пытается их защищать. Многие положения Фрейда он считает ошибочными или устаревшими. Его интересует, насколько верными оказались более общие идеи о бессознательных процессах, памяти, чувствах, раннем опыте и устойчивых способах поведения. По его мнению, за последние десятилетия нейронаука пришла к некоторым представлениям, близким к тем, которые Фрейд пытался сформулировать больше ста лет назад. Фрейд изучал психику прежде всего через то, что человек чувствует, вспоминает, думает и рассказывает; современная нейронаука позволяет сопоставить такие наблюдения с тем, что известно о работе мозга. Солмс считает, что для понимания психики нужны оба источника данных.

Один из главных вопросов книги — почему психотерапия способна менять устойчивые способы чувствовать и действовать. Солмс различает облегчение симптомов и более устойчивое изменение способов, которыми человек справляется со своими эмоциональными потребностями. Лекарства и другие физические методы могут быть полезны и иногда необходимы, но причины многих психологических проблем он связывает с выученными моделями поведения, которые когда-то помогали человеку, а затем закрепились и продолжают действовать автоматически.

Поэтому одного понимания своих проблем оказывается недостаточно для изменений. Старый способ реагирования приходится замечать в разных ситуациях, пробовать другие решения и многократно повторять новый опыт, пока он тоже не станет привычным. Через память, обучение, эмоциональные потребности и защитные механизмы Солмс и пытается объяснить, почему психотерапия способна приводить к устойчивым изменениям.

Солмс считает разговорную терапию способом воздействовать на сами устойчивые психологические модели, а не только на их симптомы. Именно эту идею он проверяет на клинических историях и сопоставляет с данными современной нейронауки.