В 2000 году, готовя репортаж для издания Wired, журналист Стив Сильберман отправился в «гиковский круиз» — морское путешествие, которое собрало программистов, инженеров и хакеров со всего мира. Автор ожидал увидеть замкнутых «ботаников», а обнаружил остроумных, увлечённых людей с широкими интересами и чувством юмора. Среди них особенно выделялся Ларри Уолл — создатель Perl, одного из языков эпохи раннего интернета. Во время поездки Сильберман заметил повторяющуюся деталь: несколько инженеров упомянули, что у их детей аутизм. Позднее, в Сан-Франциско, учительница усилила подозрения автора, сообщив о «всплеске» случаев аутизма в Кремниевой долине. Это наблюдение стало отправной точкой для исследования Сильбермана.

Автор погрузился в историю вопроса, изучая работы Каннера, Аспергера, Клары Парк, Оливера Сакса и Темпл Грандин. Интервью с родителями раскрыли масштаб практических проблем: навыки аутичных детей нестабильны, сенсорные особенности определяют быт, а подготовка к каждому новому событию — от полёта на самолёте до визита к стоматологу — превращается в многоступенчатую операцию. Яркий пример — одиннадцатилетний мальчик, который создал на компьютере собственную вселенную. Он производил впечатление одарённого учёного, но в то же время подвергался насмешкам в школе за буквальное понимание слов.

Постепенно стала очевидной корреляция: в регионах с высокой концентрацией технических специалистов наблюдался более высокий уровень аутизма у детей. Учёные объясняют это явление «ассортативной брачностью» — тенденцией людей с похожим типом мышления образовывать пары, в результате чего их дети, предположительно, наследуют когнитивные особенности. В 2001 году Сильберман опубликовал статью The Geek Syndrome («Синдром гиков»), которая вызвала широкий общественный резонанс.

Общественная дискуссия вокруг аутизма часто застревает в спорах о вакцинах и поиске виноватых, миллиарды уходят на обнаружение «генов аутизма», которые превращаются в список из сотен и тысяч вариантов — настолько уникальных, что каждый ребёнок оказывается почти отдельной категорией. Но родителей детей с аутизмом интересуют более практичные вопросы: «что дальше?»; «как будет жить ребёнок, когда вырастет?».

Автор приходит к выводу, что чтобы понять аутизм, нужно не искать единственную причину, а пересмотреть сам подход. Аутизм — это не новая загадка, а естественная часть человеческого нейроразнообразия. Важнее всего создавать условия, чтобы аутичные люди могли жить, учиться, работать и быть полноценной частью социума.