Наверх

Афера на миллиарды долларов

История успеха Theranos (составное название от слов «терапия» и «диагноз») тесно связана с личностью Элизабет Холмс, задумавшей свой стартап примерно в 20 лет и в 22 года начавшей претворять задуманное в жизнь. Обаятельная и миловидная, с теплой улыбкой и большими голубыми глазами, она сама верила в успех своего детища и заражала своей верой других. Даже такой проницательный инвестор, как медиамагнат Руперт Мердок, вложил миллионы в Theranos, не заподозрив ничего плохого. Медицинские стартапы были достаточно редки в Силиконовой долине, что способствовало созданию дымовой завесы над Theranos, но все-таки основная «заслуга» в этом принадлежит его основательнице.

Элизабет Холмс родилась в Вашингтоне в 1984 году. Ее отец был правительственным чиновником, мать работала сотрудницей Конгресса. Оба они происходили из зажиточных семей, постепенно утративших свои состояния. Видимо, с детства слушая семейные предания о былом величии, Элизабет стала мечтать о его возрождении. В 7 лет она пыталась придумать машину времени и заполняла тетради разными вариантами ее чертежей. В 10 лет она объявила родителям, что обязательно станет миллиардером, когда вырастет, и это не было шуткой. Уже тогда она поставила себе цель. В школе она не была особенно популярна, зато это дало ей возможность уделять больше времени учебе и поступить в Стэнфорд. Элизабет получила президентский грант на учебу, который она могла использовать по своему усмотрению.

С детства Элизабет прислушивалась к отцу, по долгу службы помогавшему жителям стран, пострадавших от войн. Он внушил ей, что в жизни должна быть высокая цель, что в ней нужно оставить след, сделать что-то значительное для общего блага, а не просто разбогатеть. Элизабет казалось, что биотехнологии дают возможность сделать и то, и другое. И потому она выбрала химическое машиностроение в качестве своей будущей специализации. Она с интересом посещала занятия, летом стажировалась в Сингапуре, где как раз произошла вспышка новой острой респираторной инфекции. Элизабет изучала анализы пациентов — мазки из носа и кровь, взятую при помощи шприца. Она была уверена, что должен быть другой метод получения этих анализов, более передовой. Так родилась идея небольшой наклейки на руку, которая сможет диагностировать заболевания и одновременно лечить их. В 2003 году она подала патентную заявку на пластырь, доставляющий лекарства в организм через кожу и получила одобрение декана своего факультета Ченнинга Робертсона.

Элизабет оставляет учебу и использует грант в качестве первого капитала для своей компании Theranos, которая будет делать анализы при помощи одной только капельки крови. Такой анализ пациент сможет делать самостоятельно, не покидая дом ради визита в лабораторию, не тратя времени. Небольшой клейкий пластырь с иглами, размером с кредитную карточку, нужно будет приложить к пальцу. Иглы почти безболезненно проколют кожу, и крошечная капля крови поступит в маленькие каналы внутри чипа. Какое-то время уйдет на обработку крови, а затем результаты через wi-fi поступят в компьютер лечащего врача. Таким образом пациент и врач выигрывают время, что иногда очень важно, и получают возможность вовремя распознать болезнь. К тому же это куда современнее и менее травматично, чем привычный шприц, перед которым многие больные испытывают страх.
Элизабет удалось заразить своим энтузиазмом декана Робертсона и аспиранта-химика Шоунака Роя, который был нанят в качестве первого сотрудника. Робертсон стал первым членом совета директоров компании и представил Элизабет своим знакомым инвесторам.

Их первым офисом было полуподвальное помещение, затем еще несколько таких же. Было ясно, что без вливаний капитала дело застопорится. В ход пошли семейные связи и знакомства семьи Элизабет. Их соседом когда-то был миллионер Тим Дрейпер, с дочерью которого дружила Элизабет. Тим Дрейпер вложил первый миллион в компанию Theranos, и это, помимо прочего, послужило хорошей рекламой. Он был известен как прозорливый инвестор, в свое время вложившийся в Hotmail, сервис электронной почты, когда о нем мало кто знал. Помимо Дрейпера, ей удалось заразить своим энтузиазмом другого инвестора, Виктора Палмиери, старого приятеля ее отца, и нескольких родственников.

Несмотря на новых инвесторов, Шаунаку Рою становилось ясно, что красивая идея — это одно, а ее воплощение в жизнь — другое. Невозможно было совместить диагностику и лечение в одном приборе, и поэтому решили оставить только диагностические функции. Пластырь решили заменить портативным устройством, таким как определитель уровня глюкозы при диабете, но определяющим намного больше веществ. Капелька крови после укола пальца выдавливалась на картридж размером с кредитную карту и помещалась в специальный считыватель, который выдавал результат. Антенна на считывателе позволяла бы отправлять этот результат непосредственно врачу, который мог бы вовремя скорректировать лечение.

В 2004 году Элизабет заключила контракт с фармацевтическими компаниями на проведение тестирования и клинических испытаний. Это тоже сыграло ей на руку и принесло 92 миллиона долларов за 6 лет. Она завела полезные знакомства и вводила своих покровителей в совет директоров — так в нем оказались Джордж Шульц, бывший госсекретарь, и Генри Киссинджер, использовавшие свои связи и влияние, чтобы помочь главе многообещающего стартапа.

Компания Theranos перебралась в новое помещение и постепенно расширяла штат сотрудников (к 2014 году их было 800 человек). Она нанимала инженеров, химиков, дизайнеров, рекламистов и маркетологов. Позднее к ним прибавились служба охраны и опытные юристы. Фотографии Элизабет Холмс украшали обложки журналов New York Times, Fortune, Forbes и многих других. В 2014 году она вошла в сотню самых влиятельных женщин мира. Несколько клиник и других медицинских учреждений в 2015 году заключили с ней долговременные контракты на использование оборудования и технологии Theranos. А в 2016 году сказка закончилась, карета превратилась в тыкву. Огромную роль в этом сыграл автор книги Джон Каррейру, вытащивший закулисную часть истории на свет божий и опубликовавший ее в Wall Street Journal. На него вышли несколько человек, которым показалась сильно переоцененной научная ценность исследований Theranos, а когда он начал брать интервью у бывших сотрудников и медиков, имевших дело с анализами Theranos, обнаружилась неприглядная правда. У Каррейру уже был опыт расследования медицинских афер, и он хорошо знал свое дело. Но даже он не предполагал, с каким сопротивлением ему придется столкнуться. На него пытались оказать давление юристы Theranos, грозящие ему судом и разорением. Элизабет Холмс убеждала Руперта Мердока, к тому времени тоже ставшего ее инвестором, воздействовать на строптивого журналиста и запретить ему печатать статьи о ее компании (Мердок был основным акционером Wall Street Journal). Но магнат отказался вмешиваться в работу редакции. Свидетели, в числе которых были уволенные и ушедшие по собственному желанию служащие Theranos, были так запуганы юристами и Санни Балвани, который лично приезжал к ним с угрозами и обещанием сломать карьеру, что Каррейру уже начал сомневаться в успехе. Но он продолжал публиковать статью за статьей, и это, несмотря на могущественных покровителей Элизабет, наконец вызвало реакцию.

В одну из лабораторий Theranos неожиданно нагрянула проверка. Она обнаружила грубые нарушения и на два года запретила компании заниматься исследованиями крови до устранения всех нарушений, обнаруженных в лаборатории. Элизабет сообщила репортерам, что была потрясена и опустошена, обещала немедленно устранить все нарушения и построить современную лабораторию, оборудованную по последнему слову техники. Она уволила Санни Балвани, выставив его главным виновником всех нарушений, но это не спасло ее от судебного разбирательства. Две корпорации прекратили сотрудничество с Theranos и отказались от ее оборудования. Далее последовали обвинения в обмане инвесторов — так, в частности, Элизабет Холмс уверяла их, что ее технология используется в армии США, тогда как это не соответствовало действительности. Джеймс Мэттис, военный и государственный деятель, с 2017 года — министр обороны США, которого Элизабет успела очаровать, действительно настаивал на применении этой технологии, однако использовать было нечего — за 10 лет Theranos так и не удалось сделать ни одного работающего прибора, а полуфабрикаты для использования не годились. От штата в 800 человек осталось около двадцати сотрудников.

Элизабет Холмс и Санни Балвани были предъявлены обвинения в мошенничестве, обмане инвесторов, врачей и пациентов. Подделки результатов и обман обнаруживались на каждом шагу. Приборы не работали, анализы проводились в сторонней лаборатории, результаты сплошь и рядом были ошибочными по сравнению с выводами других лабораторий. Не в силах создать собственные детали, Theranos использовал разработки компании Siemens, не поставив ее об этом в известность. Сотрудников, которые пытались указать Элизабет на ее ошибки или возмутиться против поддельных результатов, безжалостно увольняли. Юристы компании, в числе которых был знаменитый Дэвид Бойес, один из лучших адвокатов, составляли такие контракты, что любого, кто попытался бы вынести сор из избы, ждал разорительный судебный процесс. Сотрудников увольняли и в том случае, если они не проявляли абсолютной преданности делу вообще и Элизабет в частности. Но многие из них не стали дожидаться, когда их выгонят, и ушли сами. Служба безопасности постоянно следила за сотрудниками, читала их почту, отслеживала их контакты — под предлогом, что они могут продать технологию конкурентам. Санни Балвани, исполнительный директор, вел себя с людьми как с рабами. Один из них, впавший в депрессию во время работы на Theranos, покончил с собой, и его вдова впоследствии стала одним из ключевых свидетелей обвинения.

На самом деле режим повышенной секретности применялся не столько для борьбы с конкурентами, сколько в связи с опасностью разоблачения. Если кто-то из посторонних людей просил продемонстрировать работающий прибор, ему или показывали подделку, или говорили, что все разработки являются коммерческой тайной. Элизабет заранее предупреждала инвесторов, что отдачу они получат не сразу, и они соглашались с этим. Она предоставляла им липовые финансовые отчеты с завышенной ежегодной прибылью, и они верили ей. Но все-таки правда вышла наружу. Разбирательство еще не окончено, но уже сейчас Элизабет запретили занимать руководящие должности в течение 10 лет, оштрафовали на 500 тысяч долларов, а инвесторам вернули их вложения в виде привилегированных акций (неизвестно, сумеют ли они ими воспользоваться и хоть как-то вернуть утраченное). Журнал Fortune, когда-то воспевавший Элизабет, назвал ее одним из самых разочаровывающих лидеров в мире. Если все обвинения будут доказаны, ей и Санни Балвани грозит 20-летнее тюремное заключение.

И хотя история Theranos и Элизабет Холмс еще не окончена, предприниматели, руководители, инвесторы, и все, кто легко поддается влиянию харизматичных личностей и вдохновляющих речей, могут извлечь из нее несколько важных уроков.

Все ключевые идеи книги «Дурная кровь» книга Джона Каррейру вы можете прочитать в нашем спринте

Похожие статьи

Патагония, бизнес в стиле сёрфинг

Быть с ребенком на одной волне

Вихрь внутри головы